Тошнотворное сомнение, а скорее всего, обыкновенная тоска, скроет от меня подмигивающие Гималаи. Выскабливая наивное прошлое из лабиринтов мандариновой памяти, я выкашляю дохлых тритонов мускатного счастья.
Боги обожают подгнившую любовь. Но предпочитают дегустировать свежесть мёртвых сердец. Копаясь в тепловатой свалке агонизирующих чувств, они подпитывают значимость своего мыльного одиночества. Вспоминая слова выветривающихся молитв, я целую сушь лунных туманов и скальпирую географию твоей уже непредсказуемой нежности.
Твой алтарь может сниться только мне. Лишь марципановому имбецилу придёт в голову поклоняться аромату несозданного парфюма. Созвав незримых свидетелей собственного шоколадного безумия, я подберу крошки имбирного отчаяния – в кондитерской лавке мимолётной и любопытствующей страсти неуместны рождественские распродажи.
Слепые беззубо смеются, когда их расспрашивают про оттенки снов. А глухим открыта чистота звёздных аккордов. Бирюзовые ангелы вскроют мою грудную клетку и проткнут испуганные легкие визгливой радостью. И я, почему-то, забуду обычное правило покойного существования – молчаливое искусство пребывать всепонимающим самцом.
Оранжево-зеленая опустошённость угасающей осени пружинит под ногами. Опавшие листья платанов настойчиво облизывают отражение сахарного неба. Шуты-дворники канонизируют утренним матом ребяческие забавы вчерашнего ветра.
Я же отпечатаю самолётное многоточие, в котором всё ёще извивается приторно невыносимая надежда. Надежда узнать мандариновый снег твоих глаз.
г. Ереван, Республика Армения
По одну сторону этой линии те,
Кто хотели победы очень сильно,
По другую - те, кто хотел её чуть меньше
Всегда знать, что ты уйдешь именно так,
И все равно завыть, когда тебя не стало,
С лицом, распухшим от едких слез,
В растерянности нервной кутаться в одеяло.
И с каждым вдохом ветра в открытое окно думать,
Что это ты пришел и сел рядом.
Достал из рюкзака любимый свой блокнот,
И с фразой: Хочешь что-нибудь прочитаю?
Читаешь с тоской в глазах о смерти,
как о воле. Собой, друзьями,
Миром вечно недовольный,
До боли, до краев, до верха переполнен.
Приснись мне...
Скажи, а правда там, как ты и думал,
Большое спокойное море?
(Рабы лампы - Империя - Посвящение)
Когда сердце споткнулось И нужен воздуха глоток, Когда хочется выть, Как голодный волк. Когда памяти осколок Пробивает грудь, Кислотой сжигает душу, Боль мешает уснуть. Когда тело бросает В сине-мертвую дрожь, И не дает покоя Под рукой лежащий нож. Вот тогда я выключаю свет, Отключаю телефон, Закрываю глаза, посылая всех вон. Я остаюсь один- Отшельник в черной дыре. И своими мыслями, мой друг, Я прихожу к тебе. Из под подушки достаю Твой недописанный роман, На обложке - слезами: "Любовь, вера, обман" (Рабы Лампы - Империя - Посвящение)
Это ужасное чувство потерянности..никогда раньше у меня не возникал вопрос, как жить дальше, в чем смысл этой самой жизни.
Сейчас живу дальше..но это не жизнь..какое-то тупое существование, не более того..
Как будто в темноте, знаешь, что рядом обрыв, но надеешься, что где-то должен быть и выход, вопрос только в том, ГДЕ?
Нет сил больше вот так стоять, но и сделать шаг страшно..
Думаешь, а ну его! закончить уже со всем этим..
Но Бог создал меня не для этого..
А для чего?
На самом деле это очень страшно, когда понимаешь, что вся твоя жизнь была вокруг одного человека, а он подвел..
Как быть?
- Mood:
lonely